Учительница из Пермской губернии: история Магиры-ханум, начавшаяся в XIX веке

Начало пути

Отправной точкой нашего повествования станет 1891 год. В Среднем и Нижнем Поволжье лютует голод. Доведённое до отчаяния население старается выжить любыми способами. Государство и общественность Российской империи оказывают посильную помощь, но масштабы бедствия катастрофичны.

Именно в этот год из нашего родного села Каюки, в поисках лучшей доли, в поисках пропитания, отбывает в Пермскую губернию молодая семья. Только что поженившиеся — Гилязетдин Шамсутдинович Курмашев и его жена Бибисазида Сайфутдиновна Сулейманова. Их годы рождения нам остаются неизвестны. Где был их отчий дом — это место давно обратилось в прах, исчезло... 

Но в опекунских делах, которые сохранились в фонде под номером 1003 в Государственном архиве, имеются имена и фамилии свидетелей. И среди них наш руководитель нашёл фамилию и имя отца Бибисазиды — Сулейманов Сайфутдин. А вот фамилия Курмашев вообще не упоминается ни в одном документе.

Стоило бы покопаться, поработать над метрическими книгами мусульманских приходов, но Айдар Гарунович, уверенно владеющий тремя языками, не знает старотатарскую письменность на основе арабской графики. Хотя, как признаётся он сам, начал изучать алфавит, но дальше дело не пошло. Как он лично признаётся, нехватка времени — вот основная проблема.

Рождение Магиры

После переезда Шамсутдиновы поселились в городе Оса Пермской губернии. 21 мая 1893 года у молодой семьи родилась дочь. Её назвали Магира. В переводе это имя означает «мастерица». Но значение следует передавать не в смысле «рукодельница», а в смысле «учительница». Это судьбоносное имя стало её путеводной звездой — вся сознательная жизнь Магиры-ханум была связана с системой образования и воспитания.

Потом в семье друг за другом появились ещё две дочери: старшая, Рахима, умерла в раннем возрасте, и младшенькая Хазяр. Дочери подрастали, и отец по старинке должен был заботиться об их удачном замужестве. Будучи человеком образованным, хорошо знакомым с русским окружением, он подумал, что сначала девушкам нужно дать хорошее образование.

Магира получила образование в Пермском новометодном медресе для девочек. После его окончания ей предложили должность учительницы в школе для девочек в родном городе Оса. В газете «Йолдыз» («Звезда»), которая выпускалась в Казани, от 28 мая 1913 года имеется небольшая заметка, где вскользь упоминается, что Магира-ханум работает в этой школе. Руководителем — в современном понимании директором — была Фатима-ханум Амирханова. Магира Гилязетдиновна вела курсы рукоделия. Позже её перевели в Пермскую гимназию для девочек.

Спустя год после начала Первой мировой войны умирает её отец Гилязетдин. Первым же пароходом она отправляется в родной город. Там она знакомится с будущим мужем по фамилии Илькаев. Детей у них, к несчастью, не было. После обручения до конца своей жизни Магира-ханум носила на безымянном пальце золотое кольцо с большим гранёным изумрудом. Этот подарок ей привёз муж из хаджа.
Но времена быстро меняются. Пришла революция, смела царя — и прежнюю систему образования нужно было перестраивать под новые реалии.

Новая власть — новая школа

Нам всем известна цитата из одного фильма: «Власть меняется — скидывай сапоги». Наверно, она возникла именно в тот период, когда нужно было выживать. И на наш взгляд, самым перспективным путём становится приспосабливание старой интеллигенции к новым условиям.
Когда в городе Оса установилась советская власть, на базе гимназии открылся первый советский педагогический техникум. Среди его лучших выпускниц Шамсутдинова Магира Гилязетдиновна вместе с двумя своими однокурсницами — Адутовой Бизян (скорее всего, Бибизян или Бибизямал) и Тюммсевой Замилей — были направлены в глухую деревню Уймуж. Это был 1918 год.

Интересен тот факт, что до революции Магира Гилязетдиновна была хорошо знакома и коллегой знаменитой татарской поэтессы начала XX века Захиры Байчуриной, которая в это время работала учительницей в школе для девочек в Перми.

Потом, в возрасте двадцати лет, с 1921 по 1927 годы, она работала учительницей в селе Байавыл (по-русски — Куземьярово). В городе Екатеринбург (тогда Свердловск) в 1925 году она прошла курсы повышения квалификации для учителей татарских школ. Как нам стало известно, эти курсы уже были организованы при переводе татарской письменности на латинский алфавит. На сохранившейся фотографии, которой более ста лет, во втором ряду девятая слева — Магира Гилязетдиновна.

Спустя несколько лет учительствования в Куземьярово её переводят в село Ишимово (по-татарски — Түбәнавыл). До Великой Отечественной войны и во время неё Магира Гилязетдиновна работала в этом селе.

Жизнь в Ишимово

Сама Магира-ханум проживала в селе Ишимово, возле спуска к реке Тол, в маленькой избушке. Зимой её к себе брали сердобольные односельчанки, которые когда-то были её ученицами. По их воспоминаниям, она была простой и обычной жительницей села.

Согласно сохранившейся записи в похозяйственной книге за 1949 год, о её хозяйстве имеются следующие данные: площадь всего земельного участка, включая дом и надворные постройки, составляла всего 0,015 соток. Но следует заметить, что ни огорода, ни палисадника у неё не было. Хозяйка держала корову и телёнка. Зимой на санках, летом на двухколёсной тележке можно было увидеть её везущей то сено для коровы, то вязанки хвороста для топки печи.

Её младшая сестрёнка Хазяр Гилязетдиновна после смерти матери и мужа Магиры-ханум переезжает жить к ней. Но тяжёлые условия жизни подорвали её здоровье, и она умирает. Как и старшая сестра, она работала учительницей.

Магира-калпак: почему её так называли?

В селе все звали её «Магира-калпак». Зачем ей дали такое, на первый взгляд обидное, прозвище? Обычно о людях, которые не имеют достаточного уровня образованности и культуры, в насмешку иногда говорят «колпак». Давайте попробуем разобраться в этом вопросе, опираясь на знания в области культуры нашего народа.

«Калпак» — это искажённое произношение слова «калфак». А калфак представляет собой традиционный женский головной убор, чуть-чуть прикрывающий волосы. Иногда поверх него носили лёгкую шёлковую шаль. Но в данном случае взглянем на её фотографию, датированную 1913 годом. На голове Магиры-ханум — калфак, расшитый бисером или, возможно, даже жемчугом. Этот калфак больше по форме напоминает наколку, которую носят официантки в ресторане.

Сама она отличалась от простых сельских женщин тем, что была очень культурной и аккуратной. Летом, когда выходила на улицу, прогуливаясь вдоль реки или направляясь к кому-нибудь в гости, она всегда брала с собой белый зонтик. На голове вместо шали или платка была беретка, калфак. На ногах — в диковинку и на зависть сельским галошам и резиновым сапогам — туфли на высоких каблуках или боты, зашнурованные спереди.

Вот почему её прозвали «калпак» — за любовь к традиционному головному убору, который она носила даже в глухой деревне, не изменяя себе.

Театральные вечера и главные сокровища

В 1950–60-е годы сельская молодёжь повально «заболела» театром. Накануне постановки трагедии или комедии известных татарских драматургов толпа юношей и девушек с гармонью подходила к дому Магиры-ханум. Двери распахивались, и хозяйка радушно приглашала их войти. Все стояли на пороге, мялись, не смея заходить, и в конце концов самый смелый во всеуслышание заявлял:

«Магира-апа, вы могли бы одолжить нам на постановку „Галиябану“ ваши платья, скатерть и вашу белоснежную шаль на время?»

Через несколько минут на пороге появлялась сама хозяйка, которая несла осторожно на вытянутых руках свои сокровища.

Но главные её сокровища — это книги и не потерявшие цвет и глянец, имеющие на обороте подписанные чернилами или химическим карандашом фотографии. Среди них множество — подаренные её учениками и ученицами. Некоторые надписи начинаются со слов: «Дорогой Учительнице!» В некоторых, присланных из Перми или Казани, имеются надписи: «Дорогой родственнице!» Все надписи прекрасно сохранились и написаны идеальным почерком, без единой помарки. Вот где бы подучиться грамотности!

Среди этих «жемчужин» имеется одна фотография молодой девушки. На обороте — надпись: «Дорогая Учительница, Магира-ханум! На долгую память. Рахима Валидова. Сфотографировалась в Перми. 1917 год». Возможно, эта девушка с устремлёнными вдаль глазами, жаждущими знания, является родственницей Магиры Гилязетдиновны по материнской линии, потому что Сайфутдин-дедушка со стороны матери Магиры-ханум и Мифтахутдин, отец Рахимы Валидовой — родные братья.

Благодарные ученики и ученицы каждый год присылали ей свои фотографии вплоть до 1960-х годов. Потом их поток поубавился, но не прекратился. Большинство этих раритетов подписаны арабским шрифтом. Их главная особенность — отсутствие под- и надстрочных знаков, обозначающих гласные буквы. И это создаёт дополнительную трудность при чтении.

Очень редко встречаются мужские фотографии, но они всё-таки есть. Среди них — колоритная фотография статного молодого мужчины и его спутницы. Как написали нашему руководителю, эта фотография датирована 1937 годом, и на ней изображён Садыйк Ахметгараевич Тимербулатов — сын купца второй гильдии Тимербулатова Ахметгарая. На оборотной стороне написано: «Дорогой родственнице, сестре Магире!»

Вопрос о родственных связях между Шамсутдиновой Магирой и Тимербулатовым Садыком, к великому сожалению, остаётся для нас открытым. Сария-ханум Тубилова обещала помочь в решении этой головоломки.

Среди её воспитанниц имеется и имя дочери муллы — Амины Гарифзяновны Адутовой.

Фотография датирована 27 сентября 1919 года. К слову, семьи Шамсутдиновых, её воспитанницы Адутовой, Тимербулатовых не пострадали во время репрессий.

Последние годы

Как сообщает наш информатор Сария-ханум Тубилова, Амина Гарифзяновна умерла в 2002 году, но расспросить её подробнее о Магире-ханум никто толком не смог.

Шамсутдинова Магира Гилязетдиновна скончалась в 1970 году в возрасте 77 лет. Трудности её не сломали. Жизненный путь она прошла достойно. После её смерти, в начале семидесятых, дом Магиры-ханум разобрали из-за ветхости. На деньги, которые она накопила, правление колхоза купило и подарило для сельского клуба телевизор.

Когда дом сносили, нашли фотографии и открытки. Их забрала к себе бывший библиотекарь Лябиба Шамилевна Зимасова.
Как мы видим, фамилии у пермских татар звучат для привыкшего к нашим фамилиям как-то непривычно. Но, как объяснил наш руководитель, прежде всего на это влияние оказал башкирский язык и близость населённых пунктов к Башкирии. Всё-таки, несмотря на давление власти, которое пытается приписать всех татар к башкирам, они считают себя татарами.

Когда в пространстве интернета появился сайт «Старинные татарские фотографии», активные пользователи выставили на этот сайт только часть фотографий, принадлежавших Магире Гилязетдиновне Шамсутдиновой.

Тайна, оставшаяся неразгаданной

Так получилось, что теперь в селе нет никого, кто бы знал или носил фамилию Курмашевы или Сайфутдиновы. Таких фамилий нет в списках погибших или вернувшихся с фронтов. Даже нет в списках жертв, пострадавших от репрессий.

В памяти жителей, в том числе пожилых, сохранилось воспоминание: в Спасск-Куйбышев где-то в начале 1950-х годов из Перми на пароходе летом приезжала и долго гостила пожилая женщина. Все, кто видел её, называли просто «Махи-аптый», то есть «абыстай» — женщина, знавшая наизусть Священный Коран. Смеем предположить, что по воле судьбы Магира-ханум на склоне лет приезжала на родную землю своих предков.

Благодаря социальной сети «ВКонтакте» Сария-ханум Тубилова, которая проживает ныне в Нижневартовске, нашла Айдара Гаруновича. В своём сообщении она изъявила желание, чтобы наши односельчане узнали через нашу районную газету о судьбе Магиры-ханум.
Имена тех, кто посвятил жизнь просвещению народа и нелёгкой работе Учителя, не должны забываться.

^{Члены кружка «Исторический калейдоскоп», руководитель — Казаков Айдар Гарунович, учитель истории.}