«Я его не хоронила»: история солдата, пропавшего на Невском пятачке

В ноябре 1941 года в деревню Ярдам Куйбышевского района ТАССР пришла похоронка. В ней говорилось: рядовой 429-го отдельного сапёрного батальона 265-й стрелковой дивизии Багавиев Бурган Багавиевич 10 ноября пропал без вести в боях в районе деревни Московская Дубровка, под Ленинградом.

Его жена осталась одна с четырьмя детьми. И не поверила.

«Я его не хоронила», — тихо говорила она спустя десятилетия. И когда по радио передавали истории о солдатах, которые приходили в себя после ранений и находили родных спустя много лет, она замирала: «А вдруг и наш вернётся?»

Бурган Багавиевич ушёл на фронт в 1941 году, когда ему было 35. В деревне тогда призвали почти всех мужчин. Вернулись единицы. На прощание он сказал жене только одно: «Сбереги детей».

Письма арабской вязью

С фронта от него приходили треугольники — исписанные с обеих сторон листы, сложенные особым образом. Писем было несколько. Их бережно хранят в семье до сих пор как реликвию.

Написаны они были арабской вязью. Тогда многие татары ещё владели арабской графикой. В каждом письме он повторял: берегите детей. В одном из них написал, что идут бои под Ленинградом, у Невы, и пули над головой летят, «как дождь», а земля вокруг «покрыта убитыми».

Последнее письмо было особенным. Бурган Багавиевич обвёл на листе свою руку и приписал: «Если не вернусь — это вам на память».

«Кто на пятачке не бывал, тот и горя не видал»

265-я стрелковая дивизия, где служил Бурган Багавиевич, в октябре 1941 года была переброшена на Невский плацдарм — легендарный «пятачок». Участок земли на левом берегу Невы, который наши войска захватили в ночь с 19 на 20 сентября. Ширина — около четырёх километров, глубина — местами не больше 600 метров. С трёх сторон враг, с четвёртой — ледяная вода.

В народе о том месте сложили жёсткие строки: «С трёх сторон беда, а сзади вода». И ещё: «Кто на «пятачке» не бывал, тот и горя не видал». Выжившие рассказывали, что земля там была буквально усеяна убитыми и ранеными. Одни падали, другие поднимались.

Статистика тех дней страшная: солдаты, попадавшие на «пятачок», жили в среднем от пяти минут до 52 часов. За сутки на эту землю падало до 50 тысяч вражеских снарядов.

Именно туда отправили 265-ю стрелковую дивизию — для очередной попытки прорыва блокады.

Последний бой

10 ноября 1941 года началось очередное наступление. Из 1500 бойцов, пошедших в атаку, в живых остались только 500. В тот день письма перестали приходить навсегда.

Похоронка пришла с той же датой — 10 ноября. Бурган Багавиевич значился пропавшим без вести. Ни могилы, ни места захоронения — только официальная бумага.

Позже семья нашла в документах уточнение: он захоронен в братской могиле в городе Кировске Ленинградской области, на улице Краснофлотской. Вместе с тысячами таких же, кто не вернулся с «пятачка».

Память, которая длиннее жизни

Бабушка так и не вышла замуж. Она одна вырастила четверых детей, полностью посвятив им жизнь. И до самого конца в глубине души продолжала ждать. Она не умела читать по-русски — только арабскую вязь, которой были написаны письма мужа. Когда внучка, уже в 1970-е, читала ей вслух газетные статьи о солдатах, которые спустя десятилетия приходили в себя в госпиталях и возвращались домой, она тихо вздыхала: «А вдруг и наш…».

Сын Бургана Багавиевича, отец нынешней правнучки, в память об отце взял фамилию по его имени. Никто в семье не сомневался: он достоин того, чтобы его имя жило дальше.

«Вы живые, знайте…»

12 сентября 1971 года на Невском пятачке открыли памятник «Рубежный камень». Два куба — чугунный и гранитный — врезаны друг в друга. На металлической грани — рельефное изображение воинов. На каменной, развёрнутой к Неве, — слова поэта Роберта Рождественского:

«Вы живые, знайте, что с этой земли
мы уйти не хотели и не ушли.
Мы стояли насмерть у тёмной Невы,  
мы погибли, чтоб жили вы!»

Эти строки — о нём. О Бургане Багавиевиче Багавиеве, рядовом 429-го сапёрного батальона, отце четверых детей, татарине из маленькой деревни Ярдам, который писал домой письма арабской вязью и обводил на бумаге свою руку — на память.

Его правнучка каждый год участвует в «Бессмертном полку». Она никогда не видела деда, но благодаря семейной памяти — письмам, рассказам бабушки, страничке на сайте «Память народа» — знает его так, будто всегда жила рядом.

И каждый год 9 Мая несёт его портрет туда, где когда-то рвались снаряды, а теперь цветут сады. Потому что память — это единственное, что сильнее времени.